Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Поиск

Календарь

«  Сентябрь 2018  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930




Воскресенье, 23.09.2018, 11:33
Приветствую Вас Гость | RSS
Технадзор устройств отопления
Главная | Регистрация | Вход
Главная » 2018 » Сентябрь » 11 » Проблема энергоресурсов остается ключевой в российско-белорусских отношениях
05:13
Проблема энергоресурсов остается ключевой в российско-белорусских отношениях
Экономика любого государства крайне чувствительна к проблеме энергоресурсов. Белоруссия здесь тоже не исключение, отсутствие собственной сырьевой энергетической базы - ахиллесова пята белорусской экономики.
Чтобы закупать необходимые нефть, газ и прочее сырьё для нужд своей промышленности, Белоруссия старается как можно больше экспортировать готовой продукции. Россия, которая традиционно является крупным экспортёром сырья и энергоресурсов на мировой рынок и граничит с Белоруссией, уже в силу только этого является важнейшим торговым партнёром Минска.
Более того, в случае прекращения поступления российских энергоресурсов белорусскую экономику ожидает неминуемый коллапс, так как заменить российскую нефть на другую не представляется возможным не только в краткосрочной, но и в долгосрочной перспективе. Так, попытки частично заменить российские поставки венесуэльской нефтью, которую возили танкерами через океан, оказались для Минска безуспешными. Не удалось договориться и по поставкам нефти из Азербайджана.
Сложность российско-белорусских отношений в данной сфере заключается в том, что цены на ввозимую из России нефть и поставляемые из Белоруссии в Россию нефтепродукты меньше мировых.
Это приводит к различного рода межгосударственным трениям и спорам, в которых не всегда просто определить суммы упущенных непрямых финансовых выгод.
В итоге нефтяные соглашения между Белоруссией и Россией постоянно перезаключаются в атмосфере жарких споров и взаимных упрёков.
В 2013 году, например, такие соглашения, называемые нефтяным балансом, перезаключаются всего на три месяца. Российско-белорусские нефтяные споры являются постоянными, что значительно осложняет экономические и, как следствие, политические взаимоотношения, как двустороннего плана, так и в рамках Союзного государства, единого экономического пространства и строящегося Евразийского союза. Более того, нерешённость нефтяной проблемы является сейчас, пожалуй, главным фактором нестабильности российско-белорусской интеграции.
Первый серьёзный тревожный звонок прозвучал в 2009-2010 годах, когда нефтяные проблемы привели к резкому и небывалому ухудшению российско-белорусских отношений. Именно тогда в Белоруссии фактически вторично после 1990-х годов стартовала кампания по суверенизации и культурно-историческому обособлению, чего не наблюдалось с момента прихода А. Лукашенко к власти. Данная проблема остро встала и в 2006-2007 году, но тогда конфликт в отличие от 2009-2010 годов удалось вовремя погасить, в том числе и введением специальной пошлины на поставляемую в Белоруссию нефть.
Нефтяная проблема во взаимоотношениях России и Белоруссии имеет несколько аспектов. Кроме разницы мировых и внутренних российско-белорусских цен определенную роль играют и различия в форме собственности.
Фактически государственные белорусские НПЗ отнимают у российского частного капитала долю прибыли. Естественно, владельцам НПЗ в России такая ситуация не нравится.
Но дело не только в этом – российские нефтяные компании в итоге нашли схемы для выгодного взаимодействия с Белоруссией. Однако нерешённой осталась другая проблема: при получении российской нефти по ценам ниже мировых (хотя и выше внутрироссийских) продукция белорусского машиностроения и продовольствие активно устремляются на российский рынок.
Рядовому российскому потребителю и предприятиям-импортёрам это выгодно, чего не скажешь о российских производителях аналогичной продукции, которые пусть и не проигрывают в конкурентной борьбе белорусским коллегам, но всё же испытывают значительный прессинг со стороны последних, что вынуждает их снижать цены на собственную продукцию внутри России и, как следствие, терять прибыль. Таким образом, проблема неизбежной потери российским капиталом части прибыли является существенной и сложно решаемой.
Причем заключённые соглашения о создании Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана не только не смягчили эту проблему, но, наоборот, обострили её до предела. С 1 января 2010 года начал функционировать Таможенный союз, хотя к этому времени далеко не все позиции были согласованы и остался ряд неурегулированных проблем. Минск настаивал на том, что если строится полноценный Таможенный союз, то внутри него не может быть никаких торговых пошлин в принципе, в том числе и по нефти. Если бы это было реализовано, российская нефть начала бы свободно поступать на белорусские НПЗ, и Белоруссия имела бы не менее 4-6 млрд долл. профицита торгового баланса в год, решив все свои внутренние экономические проблемы. Но Москва заняла иную позицию, которая состояла в том, что беспошлинно в Белоруссию будет поставляться меньшая часть нефти, а большая - по условиям поставок сырья в третью страну вне Таможенного союза с пошлиной в 36%.
Ожидалось, что точка в этом вопросе могла быть поставлена во время встречи в декабре 2009 года президентов Д. Медведева и А. Лукашенко. Медведев даже заявил, что Россия готова беспошлинно поставлять в Белоруссию не шесть, а восемь млн тонн нефти. На заседании Высшего госсовета Союзного государства России и Белоруссии Д. Медведев сказал: «Наша цель в том, чтобы договориться, а не в том, чтобы поставить в неудобное положение белорусских партнёров». Однако соглашение, устраивающее обе стороны, так и не было достигнуто, и переговоры продолжились уже в январе 2010 года.
В Белоруссии вину за провал переговоров тут же возложили на В. Путина, «несговорчивость» которого белорусские СМИ объясняли тем, что А. Лукашенко не дал согласия на приватизацию российским капиталом НПЗ в Новополоцке и Мозыре. Россию, как обычно, обвинили в имперскости и нежелании считаться с партнёрами. Белорусские СМИ были единодушны: «Такие конфликты снижают авторитет России как регионального лидера и её привлекательность как партнёра... Кто будет стремиться в союз с таким партнёром?».
Белорусская оппозиция тут же активизировалась и заявила, что А. Лукашенко завёл Белоруссию в тупик и единственный выход - разрыв всех соглашений об интеграции с Россией, проведение выборов и смена государственного курса на вступление в Евросоюз.
Иначе, мол, Белоруссию ожидает утрата суверенитета и аннексия Россией. В России А. Лукашенко и Белоруссию обвинили в иждивенчестве. «Интер РАО» официально заявила о том, что «Белэнерго» выдвинуло неконструктивные и немотивированные требования об увеличении стоимости транзита электроэнергии через белорусскую территорию в Калининградскую область более чем в 5,5 раза. Белоруссию также обвинили в попытке диктовать условия (повысить стоимость транзита российской нефти в Европу), пользуясь положением страны-транзитёра.
В итоге соглашение всё же было достигнуто, однако оно скорее напоминало «холодный мир». В 2010 году 6,3 млн. тонн нефти поступило в Белоруссию беспошлинно для внутренних целей. А для переработки на белорусских НПЗ с целью перепродажи нефтепродуктов Россия установила на остальную нефть пошлину в полном размере, что практически означало нерентабельность переработки этой нефти и, соответственно, дефицит белорусского бюджета. В ответ Белоруссия подняла стоимость прокачки российской нефти (21,5 млн. тонн) по своим трубопроводам на 11%.
В целом пакет соглашений по нефтяному балансу не разглашался и был подписан на уровне вице-премьеров России И. Сечина и Белоруссии В. Семашко. Было решено провести новые переговоры по всему спектру энергетических проблем – по газу, нефти и атомной энергетике. Вероятно, данный результат можно занести в актив России, однако платой за это стал провал согласования ряда серьёзных позиций по функционированию Таможенного союза. Более того, в том же 2010 году Белоруссия подала иск против России в Экономический суд СНГ, в котором оспорила правомерность взимания российским правительством вывозных таможенных пошлин на продукты переработки нефти и нефтехимическое сырье. Российские частные компании не остались в долгу и потребовали увеличения доли своих доходов. Минск ответил отказом, и в итоге около месяца российская нефть не поступала в Белоруссию вовсе.
Это спровоцировало очередной нефтяной кризис в начале 2011 года. Препирательства продолжились и закончились подписанием промежуточного краткосрочного соглашения по нефтяному балансу в конце того же года, согласно которому Россия обязалась поставить в Белоруссию в 2012 году 21,5 млнтонн нефти, а Белоруссия в Россию – 5,8 млн тонн готовых нефтепродуктов. В обоих случаях цены и на нефть, и на продукты нефтепереработки были фиксированными и ниже среднемировых. Но Белоруссия не получила главного – необходимого ей количества беспошлинной нефти по внутрироссийским ценам для обеспечения бездефицитности своего бюджета.
Тогда в Белоруссии была применена так называемая «растворительно-разбавительная схема», напрямую не касающаяся поставок российской нефти. Минск резко нарастил экспорт в Европу нефтепродуктов, разбавителей, растворителей и смазочных масел.
Только за январь-февраль 2012 года белорусский экспорт в долларовом эквиваленте вырос на 88,5%. Общий прирост составил 4,7 млрд долларов (2,1 млрд – нефтепродукты, 1,5 млрд– растворители и разбавители и 0,6 млрд – смазки). У Белоруссии появилась надежда на решение проблем своей экономики, задыхающейся от недостатка сырья и энергоресурсов. Министр финансов Белоруссии А. Харковец прямо заявил: «Если будет профицит внешней торговли, нам будет достаточно наших ресурсов, а если будут проблемы, то без внешних заимствований, без выпуска евробондов, нам не обойтись».
Помимо стран Евросоюза белорусский экспорт активно наращивался и в Украину, так как при этом Белоруссия не должна была выплачивать пошлину России. Только за январь-май 2012 года Белоруссия продала Украине 1,6 млн тонн нефтепродуктов, увеличив свой экспорт по этой позиции в 1,8 раза по сравнению с аналогичным периодом 2011 года. Только по итогам апреля-июня 2012 года украинский рынок дизтоплива на 82,4% обеспечивался за счёт импорта (61,6% от которого приходилось на долю поставок из Белоруссии). Для сравнения: доля импорта из России составила всего 15,3%, из Литвы – 0,4%. Таким образом, сейчас Белоруссия контролирует примерно половину рынка Украины по продаже дизельного топлива и треть рынка по продаже бензина.
Биотопливо, поставляемое Белоруссией в страны ЕС и Украину, производилось из российского путём более качественной переработки на белорусских НПЗ с добавлением биодобавок.
Заметим, что в Белоруссии работает два мощных нефтеперерабатывающих завода - ОАО «Нафтан» (Новополоцк, Витебская область) и ОАО «Мозырьский НПЗ» (Мозырь, Гомельской области), которые обеспечивают не только внутренние потребности, но и значительный экспорт нефтепродуктов в Европу, Россию и Украину.
На НПЗ была проведена серьёзная модернизация, что позволяет проводить глубокую переработку как сырой нефти, так и поступающих из России нефтепродуктов. Естественно, экспансия белорусского дизтоплива вызвала раздражение у старых игроков автомобильного топлива в Украине, и украинское руководство несколько раз пыталось ввести заградительные меры. Но так и не решилось из-за опасений резкого подорожания топлива и роста недовольства населения.
В середине 2012 года премьер-министр России Д. Медведев поручил своим ведомствам детально разобраться со схемой переработки и перепродажи российских нефтепродуктов на белорусских НПЗ с целью последующей ликвидации «растворительно-разбавительной» схемы. После его июльского визита в Минск была приостановлена поставка в Белоруссию железнодорожными составами российской нафты (сырья для производства растворителей и разбавителей на белорусских НПЗ). Это было связано с тем, что, по данным российской стороны, за первое полугодие 2012 года Белоруссия импортировала из России на 4,5 млн тонн больше (с 2 млн тонн до 6,5 млн тонн) нефтепродуктов по сравнению с аналогичным периодом 2011 года. При этом Белоруссия продала в Европу (прежде всего, в Голландию и страны Прибалтики) в это же время на 3,7 млн тонн больше растворителей, разбавителей и смазок. Для России стало очевидно, что Белоруссия таким путём обошла проблему пошлины на сырую нефть. Это и было положено в основу выводов российской межведомственной группы.
Белоруссия, поставленная перед фактом прекращения поставок нефти и нефтепродуктов, пошла на подписание соглашений о ликвидации «растворительно-разбавительной» схемы.
Замглавы минэнерго России П. Фёдоров сообщил, что благодаря этому «с 6 октября экспорт растворителей из Белоруссии не происходит, граница закрыта». При этом обвинил Белоруссию в невыполнении обязательств по поставкам на российский рынок моторного топлива, выработанного из российской нефти. Стоит отметить, что Белоруссия действительно с начала 2012 года к октябрю поставила в Россию всего 0,1 млн тонн нефтепродуктов вместо положенных 5,8 млн тонн. Россия уведомила Белоруссию о сокращении поставок нефти в четвёртом квартале 2012 года с 5,3 млн тонн до 4 млн тонн. Возникла угроза недозагрузки белорусских НПЗ.
А. Лукашенко выразил свою позицию 4 октября 2012 года: «Мы вложили в эти НПЗ и продолжаем вкладывать солидные деньги. Глубина переработки уже выше, чем на любом другом заводе в России. А это тоже деньги. Но если они такие плохие, почему же тогда все российские компании, в том числе и частная компания ЛУКОЙЛ, готовы купить эти предприятия? Мы готовы продать какой-то пакет акций этих компаний, а может, и целиком завод, если нам предложат хорошую цену. Пока по цене мы не договорились, но работают они в интересах наших государств. К примеру, Россия сегодня заполонена иномарками, которые требуют топлива высокого качества - 98-й бензин. В России его производится мизер, и основные поставки идут из Белоруссии. Но это сотый процент от того, что зарабатывает Россия. И мы зарабатываем, не нарушая никаких законов».
Россия потребовала возврата в российский бюджет 1,5-2 млрд долларов. Белоруссия отказалась на том основании, что растворители, разбавители и смазки не подпадали под соглашения о нефтяном балансе. К тому же в данном бизнесе были задействованы две российские компании, одна белорусская, одна совместная российско-белорусская и одна казахстанская. Комментируя свою позицию, А. Лукашенко подчеркнул, что в случае «растворительно-разбавительной» схемы ни одно соглашение с Россией не было нарушено, и задал «неудобные» вопросы: «Почему нас этого лишают? Потому что мы где-то чуть-чуть обошли мозгами, модернизацией предприятий и у нас лучше получается? Тогда это уже не свободная конкуренция, не рыночная экономика, и это просто уже не партнёрские отношения».
Попутно Белоруссия стала искать новые пути импорта нефти, но на этот раз не в Венесуэле или Азербайджане, а в Таможенном союзе – в Казахстане. И нашла там поддержку. 14 декабря 2012 года посол Казахстана в Белоруссии Е. Булегенов заявил, что в связи с планами его страны увеличить к 2015 году добычу нефти до 80 млн тонн Астана заинтересована в поставке нефти на белорусские НПЗ. Проблема пока упирается в нерешённость вопросов транспортировки по российским трубопроводам. Как раз к 2015 году белорусский НПЗ «Нафтан» планирует увеличение своих мощностей по переработке нефти до 12 млн тонн.
В конце 2012 года повторилась ситуация конца 2009-го. В Белоруссии усилились антироссийские настроения, и вновь активизировались требования оппозиции, которая призвала к денонсации всех интеграционных договоров с Россией.
Договорённости на 2013 год по нефтяному балансу были достигнуты лишь 29 декабря 2012 года и подписаны вице-премьерами России А. Дворковичем и Белоруссии В. Семашко. В сложнейших спорах стороны смогли согласовать свои позиции лишь на первый квартал 2013 года.
Кризис мог быть более серьёзным, если бы не были сняты вопросы по газу и атомной энергетике. Вся газотранспортная система Белоруссии перешла под контроль России. Россия также будет возводить первую белорусскую АЭС в Островце, предоставив для этого связанный кредит (ранее Минском рассматривался также и вариант Китая, но больше с целью оказания давления на Москву).
В первом квартале Белоруссия получила 5,75 млн тонн нефти. То же произошло и во втором. При сохранении подобной динамики Белоруссия в итоге получит в 2013 году запрашиваемые 23 млн тонн российской нефти. Однако в связи с введением пошлин на российскую нефть и закрытием «растворительно-разбавительных» схем положение дел в белорусской экономике продолжает ухудшаться. Кроме того, нынешний год сложен для Белоруссии тем, что объем ресурсов, необходимых для погашения основного долга составит за год около 2,3 млрд долл., что превышает платежи 2012 года в 2,6 раза. На погашение процентов будет направлено из бюджета ещё 786 млн долл. (в 1,3 раза больше, чем в 2012 году). Больше всего Белоруссия задолжала Международному валютному фонду (МВФ) - почти два млрд долл. (1,836 млрд долл. - основной долг и 94,6 млн – погашение процентов). Китаю необходимо выплатить 367 млн, России – 319 млн долл.
Проблему осложняет также падение цен на рынках калийных удобрений и снижение экспорта белорусских грузовиков и автобусов из-за снижения покупательной способности импортёров. В результате белорусский торговый баланс в 2013 году демонстрирует дефицит вместо значительного профицита за аналогичный период в 2012 году. Только за январь-апрель 2013 года внешняя торговля Белоруссии ушла в минус на один млрд долл. (за май – 373 млн долл.). Тогда как за январь-апрель 2012 года белорусская внешняя торговля дала плюс в 1,6 млрд долларов. Общий белорусский экспорт сократился на четверть, наметились негативные тенденции к загрузке складов готовой продукции.
Белоруссия пытается активизироваться на рынках калийных удобрений. Так, заключено соглашение с Индонезией на сумму 0,4 млрд долл. Вырос экспорт белорусской продукции в Италию (на 34,8%), в Бельгию — (на 59,5%), в Турцию — (на 43,9%), а в Великобританию — в 3,1 раза. Но в общем объёме белорусской торговли доля этих стран мала: Италия — 3%, Бельгия — 0,6%, Турция — 0,6%, Великобритания — 2,3%. Поэтому в целом ситуацию это хоть и облегчает, но никак не спасает.
В силу названных выше факторов согласование нефтяного баланса с Россией с 1 июля 2013 года было для Белоруссии важнейшей стратегической задачей. Постоянно находится в подвешенном состоянии Минску, разумеется, не хочется, поэтому Белоруссия была заинтересована в подписании хотя бы полугодовых соглашений.
Белорусский вице-премьер В. Семашко высказывал надежду на то, что именно так и произойдёт, поскольку Россия в первом полугодии поставляла по 5,75 млн тонн нефти ежеквартально и намеревается делать то же самое и во втором. В итоге и получатся те самые запрашиваемые Белоруссией 23 млн тонн. Россия изначально мотивировала необходимость поквартальных договорённостей тем, что готова поставить в 2013 году лишь 18,5-21,5 млн тонн.
Договориться удалось лишь 18 июня, когда представители белорусского «Белнефтехима» и российского минэнерго подписали квартальный нефтяной баланс на поставки нефти с 1 июля до 1 октября 2013 года в размере всё тех же 5,75 млн тонн. Очередной раунд переговоров назначен на сентябрь 2013 года. В Белоруссии вздохнули свободнее – с 1 июля 2013 года оба НПЗ работают при полной загрузке. А 26 июня посол Казахстана в Белоруссии Е. Булегенов сообщил, что белорусские нефтедобывающие компании,в частности, ПО «Белорусьнефть», могут приступить к добыче нефти в Казахстане в случае победы по итогам тендеров. Однако пока для Белоруссии это лишь некая долгосрочная перспектива.
Несмотря на дефицит торговли в один млрд долл., ведущие белорусские предприятия продолжают стабильно приносить валютные поступления, поэтому вряд ли стоит делать преждевременные выводы о слабости белорусской экономики.
В стабильном плюсе «Мозырский НПЗ», «Нафтан», «Белшина», «Гродно Азот», «Гомельтранснефть Дружба», «Беларуськалий», «Гродненская табачная фабрика «Нёман», «Гомельское ПО «Кристалл», «БелАЗ», «МАЗ» и многие другие. Если бы Белоруссия была одним из российских регионов, она бы стабильно пополняла бюджет миллиардами долларов в год.
Вопрос в том, как окончательно решить нефтяную проблему. Отсутствие долговременного решения постоянно заставляет А. Лукашенко чувствовать себя как на пороховой бочке. Растёт внешний долг Белоруссии. После значительного падения несколько вырос, но на том и остановился жизненный уровень населения, который ниже чем в России и, тем более, в Польше. Всё это порождает определённое уныние и недоверие белорусов к союзным проектам как таковым.
Вряд ли случайно в области культурно-исторической политики всё больший уклон официальные белорусские власти делают на период Речи Посполитой и Великого княжества Литовского, а не на совместное существование наших народов в период Киевской Руси, Российской империи и СССР. Очевидно, что без решения нефтяной проблемы будущее российско-белорусской интеграции находится под большим вопросом. И здесь речь даже не о стабильности власти А. Лукашенко, а о долгосрочной перспективе поэтапного восстановления общерусского цивилизационного пространства.
Что касается «иждивенчества» Белоруссии, то, как я сказал выше, оно весьма спорно. Особенно на фоне того, что только в 2000 годы Россия простила полсотни млрд долларов долгов своим заёмщикам.
В 2000 году – 10 млрд Вьетнаму, 4 млрд Эфиопии, в 2003 году – 11 млрд Монголии, 0,7 млрд Лаосу, в 2005 году – 10 млрд Сирии и 1 млрд Эфиопии, в 2006 году – 4,7 млрд Алжиру, в 2007 году – 11 млрд Афганистану, в 2008 году 4,5 млрд Ливии, в 2009 году – 8 млрд Ираку. Ведутся переговоры об аннулировании 11 млрд долга КНДР. В отличие от всех этих стран Белоруссии не нужно прощать долги – белорусской экономике нужна нефть, чтобы зарабатывать самой.
Однако и Белоруссия также должна занять более последовательную и предсказуемую позицию в интеграционной сфере, придав новый импульс развитию Союзного государства. Речь идёт о взаимовыгодном политическом и экономическом сотрудничестве на благо народов обеих стран.

Просмотров: 7 | Добавил: trapunob1985 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0

Copyright MyCorp © 2018